Линец Сергей Иванович – доктор исторических наук, профессор кафедры исторических и социально-философских дисциплин, востоковедения и теологии, член Регионального отделения Российского военно-исторического общества в Ставропольском крае;Пятигорский государственный университет (г. Пятигорск, Россия).
Военные действия в годы Великой Отечественной войны осуществлялись на советско-германском фронте противоборствующими сторонами в рамках различных по своей масштабности и значимости военных операций. Среди них по своей продолжительности героическая оборона Ленинграда являлась самой длительной в истории войны операцией Красной армии. В исторической литературе уже давно сложилась традиция определять ее как «900 дней блокады Ленинграда». Но если говорить более точно, то оборона Ленинграда в условиях блокады продолжалась 872 дня и ночи: с 5 сентября 1941 г. и до 27 января 1944 г.
Что касается второй по своей продолжительности битвы в годы Великой Отечественной войны, то это была битва за Кавказ, которая шла 442 дня и ночи: с 25 июля 1942 г. и до 9 октября 1943 г. Продолжительность же других важнейших по своей значимости сражений была значительно меньшей. В последние десятилетия в отечественной исторической литературе битву за Кавказ нередко стали называть как «Сталинград-2». Тем самым подчеркивается, во-первых, ожесточенность боев на кавказском направлении, а, во-вторых, взаимосвязь и взаимозависимость Сталинградской битвы и битвы за Кавказ . Кроме того, отметим, что общая протяженность линии фронта в ходе битвы за Кавказ составляла более 1 000 км, а глубина – до 800 км. В истории Великой Отечественной войны эта была одна из самых масштабных по своему размаху и значимости битв, оказавшая существенное влияние на ход и итоги всей войны.
В этой связи необходимо отметить, что битва за Кавказ в отечественной историографии, особенно в советской, незаслуженно недооценивалась. Она находилась как бы в «тени» битвы за Москву, Сталинградской битвы, сражения на Курской дуге. Правда, в последние десятилетия в связи с вводом в научный оборот солидного по своему объему корпуса новых архивных документов и других источников ситуация с освещением битвы за Кавказ стала улучшаться. Однако до настоящего времени всё ещё остаются незаполненными отдельные важные по своему значению исследовательские лакуны, а также спорные положения, требующие серьезных и объективных уточнений.
Прежде всего, следует обратить внимание на планирование Гитлером стратегической операции для вермахта на весенне-летнюю кампанию 1942 г. Она разрабатывалась изначально как операция под кодовым наименованием «Блау», главной целью которой было вторжение вермахта именно на Кавказ и его последующая оккупация. Широко известно высказывание Гитлера относительно важности захвата Кавказа для последующего успешного продолжения и завершения войны Германией против СССР: «…если я не получу нефть Майкопа и Грозного, я должен покончить с этой войной…»
Сталинградское же направление определилось в качестве основного несколько позже по времени, когда Гитлер решил, что после поражений Красной армии весной и в начале лета 1942 г. в районе Харькова и в Крыму у вермахта будет достаточно сил, чтобы вести наступление сразу и на Кавказ, и на Сталинград. Поэтому появился новый план – «Брауншвейг», в котором конечной целью был определен захват Сталинграда. Соответственно, для вторжения на Кавказ был подготовлен отдельный план – «Эдельвейс» . В результате этих изменений группа армий «Юг» 7 июля 1942 г. была окончательно разделена на две самостоятельные группы армий. Под командованием генерала-фельдмаршала В. Листа группа армий «А» нацеливалась на кавказское направление, а группа армий «Б» под командованием генерала-фельдмаршала фон Ф. Бока – на сталинградское направление. Затем 31 июля Гитлер передал 4-ю танковую армию генерала Гота (без 40-го танкового корпуса) из состава группы армий «А» в группу армий «Б», что означало окончательно вырисовавшуюся приоритетность сталинградского направления для наступавшей на южном фланге советско-германского фронта немецкой армии.
Но и остававшиеся у генерала-фельдмаршала В. Листа силы были весьма значительными. В этой связи необходимо окончательно исправить, наконец, и ситуацию с определением количества личного состава немецкой группы армий «А», осуществлявшей наступление на Кавказ летом 1942 г. Уже несколько десятилетий по страницам научных и других работ «гуляет» цифра в 167 тыс. немецких солдат и офицеров, числившихся в ее составе . Но эта цифра никак не вяжется с 25 немецкими дивизиями, к тому же укомплектованными на 90–100%, т. е. практически полноценные соединения. Впервые на этот досадный недочет еще в 1986 г. обратил внимание в своей монографии К. Цкитишвили. Он привел свои данные, основанные на изучении советских и немецких архивных документов. Они свидетельствовали, что к началу битвы за Кавказ в группе армий «А» числилось 467 935 чел. .
Позже, в 2012 г., на это же несоответствие указал в своей статье ростовский исследователь В.И. Афанасенко. Он, в частности, отмечал: «В группу армий «А» в августе 1942 г. входили: 1-я танковая армия – 155 848 чел.; 17-я полевая армия – 202 040 чел.; 11-я полевая армия… – 102 527 чел. Итого – 460 415 чел.» . Как видно, расхождение у данных авторов составило незначительную цифру – всего около 8,5 тыс. чел. Таким образом, историческая справедливость была восстановлена. Это необходимо было сделать еще и по той причине, что уменьшение сил немецких войск, рвавшихся на Кавказ, умаляло подвиг воинов Красной армии, героически сражавшихся с более многочисленным врагом.
Особое место в годы Великой Отечественной войны Кавказ занимал и в планах союзников по антигитлеровской коалиции. В данном случае речь идет о прохождении через его территорию так называемого «Персидского коридора», по которому из иранских портов шли поставки в СССР в рамках ленд-лиза военной техники, боеприпасов, продовольствия, военного снаряжения. Это был один из трех путей доставки в нашу страну военной помощи Соединенными Штатами Америки и Великобританией (два других проходили через Мурманск-Архангельск и через Аляску на Дальний Восток). В отечественной исторической литературе этот аспект также до последнего времени освещался крайне скупо. А это, конечно, также невольно принижало значимость Кавказа в истории Великой Отечественной и Второй мировой войны. А между тем через «Персидский коридор» поступило 23,8 % от общего объема всех поставок по ленд-лизу, что составило 4 млн. 160 тыс. тонн различных грузов . Все эти грузы из Ирана поступали вначале в Баку и Тбилиси, где их затем перераспределяли по необходимым маршрутам для последующей доставки в войска.
Благодаря наличию «Персидского коридора», в ходе битвы за Кавказ советские танковые бригады и отдельные танковые батальоны оснащались большей частью американскими и английскими танками. Причем некоторые из них полностью были укомплектованы танками, поступившими от союзников по линии ленд-лиза. К примеру, по состоянию на 1 октября 1942 г. в 75-й отдельной танковой бригаде Закавказского фронта числилось 18 танков, и все они были американскими, в 562-м танковом батальоне все 16 танков также были американскими, в 15-й танковой бригаде из 40 танков только один КВ-1 был советского производства . Такая своеобразная практика комплектования танками союзников наших частей позволяла, на наш взгляд, решать сразу две важные задачи. Во-первых, не направлять танки советского производства из глубокого тыла (главным образом, из Урала) в войска, сражавшиеся на Кавказе, а оснащать ими наши танковые дивизии, корпуса и армии в районе Сталинграда, на Курской дуге и на других важных участках фронта. Во-вторых, не требовалось тратить транспортные ресурсы и топливо на перевозку танков, поступавших по линии ленд-лиза в Закавказье. Поэтому их в основном использовали в наших войсках в ходе битвы за Кавказ. Следовательно, такая «рокировка» была вполне успешной во всех отношениях.
Чтобы своевременно осуществлять перевозки военных грузов, боевой техники, продовольствия, но в первую очередь нефтепродуктов в интересах обороны страны, необходимо было надежно связать Кавказ с Нижним Поволжьем кратчайшим железнодорожным сообщением. В этих целях в рекордно короткие сроки – с середины августа 1941 г. и до начала августа 1942 г. – военные строители при огромной помощи 20 тыс. местного населения 30 национальностей в тяжелейших природно-климатических условиях построили и пустили в эксплуатацию уже в ходе начавшейся битвы за Кавказ железную дорогу Кизляр – Астрахань. Ее общая протяженность составила 335 км. Эта железная дорога имела чрезвычайно важное стратегическое значение. Во-первых, это была «дорога жизни» для войск, оборонявших Кавказ. Во-вторых, что было еще более важно в интересах обороны страны, по ней осуществлялись поставки нефтепродуктов из Баку и Грозного на все участки советско-германского фронта. К примеру, только в период с августа по октябрь 1942 г. по железной дороге Кизляр – Астрахань проследовали к Сталинграду составы с 16 тыс. цистерн с горючим . В этом отношении взаимозависимость и взаимосвязь битвы за Кавказ и Сталинградской битвы ярко проявилась в том, что поставки нефтепродуктов по железной дороге Кизляр – Астрахань как раз осуществлялись для снабжения наших ударных группировок, готовивших контрнаступление в районе Сталинграда. Как известно, именно танковые и механизированные корпуса Красной армии осуществили прорыв вражеского фронта и 22 ноября 1942 г. взяли в «клещи» в Сталинграде 6-ю армию Паулюса и войска союзников Германии общей численностью 330 тыс. солдат и офицеров.
Комментарии (0)
Будьте в курсе обсуждения, подпишитесь на RSS ленту комментариев к этой записи.